За всю хурму: Несколько историй про драки и мотоциклы.

Этот парень крутой. Круче многих он умеет излагать свои мысли, превращать в реальность задуманное, выступать на телевидении и, конечно же, ездить на мотоцикле. А еще заместитель главного редактора журнала «Мотоэксперт» Николай Богомолов никогда не стесняется говорить то, что думает и рассказывает такие истории… Потому что крутой.

Клянусь, я не люблю злоупотреблять перепостами чужих статей. И даже считаю это плохим способом заполнять свой болг чужими мыслями. Но порой не могу удержаться.
Источник статьи.


На самом деле прежде чем сесть на байк, я сел на скутер. И самые яркие первые впечатления были от него. Друг в середине 90-х купил Yamaha Jog 50, я решил, что мне тоже надо. В «Из рук в руки» нашел такой же где-то в Подмосковье. Долго ехал на электричке, купил практически не глядя, потому что не знал, куда смотреть. Ездить тоже не умел и правил не знал. Выезжаю по синусоиде на Минское шоссе, а там фуры носятся вдвое быстрее меня, очень стремно. Встал на обочине и боюсь, не знаю, что делать. Ничего не придумал умнее, чем затащить его в электричку. Туда еще нормально сравнительно получилось, а вот на платформе Киевского вокзала среди ментов, мешочников и лестниц второй раз за день себя идиотом почувствовал. Кое-как выкатил на дорогу, поехал и всю ночь катался. Через пару недель уехал в отпуск на юг, народ кругом веселится, а я по своему скутеру скучаю, уехал даже раньше времени. Вернулся и начал ездить не слезая. Ну и до сих пор не слезаю, практически.

Черный Пипец: За всю хурму: Несколько историй про драки и мотоциклы.
Фото: Дмитрий Макаров


Лет десять назад пошла мода в тусовке выполнять международный дальнобойный норматив IronButt. Это когда едут достаточно большое расстояние за достаточно маленькое время, подтверждают факт путешествия показаниями свидетелей и чеками с заправок, после чего считаются крутыми мототуристами. Обычно садились на «Голду», ехали за сутки 1600 километров в сторону Европы и выполняли таким образом самый младший норматив. Я решил выебнуться по-настоящему. Взял в редакции тестовый Yamaha YBR125, на котором даже по городу ездить страшно, и помчал в сторону Урала. Думал красиво финишировать на границе Европы и Азии. Мотик ехал не быстрее 90 км/час, после примерно 20 часов без сна пришлось остановиться и вернуться в сознание, так что сутки, отведенные на тысячу миль я проехал почти впритык. Границу не заметил, места для полноценного отдыха тоже, развернулся и поехал обратно. по дороге оказалось, что выполнил задание следующего уровня, 2400 километров за 36 часов. Намотал к этому еще 200 километров и приехал в Самару. В общей сложности получилось 40 часов без сна за рулем в холод, дождь и так далее. Под конец галлюцинации начались, начал видеть вдоль дороги бесконечные хрущевские пятиэтажки, хотя дело в башкирской степи было. Пару раз засыпал, просыпался, когда мотик уезжал на обочину и начинал подпрыгивать. Тогда и порадовался невысокой скорости. Хотя если бы он ездил быстрее, можно было бы в два раза быстрее проехать и избежать большинства мытарств. В общем, отлично закрыл сезон, потом до следующей весны от одного вида мотоциклов тошнило.


Я про автомобили не люблю говорить. Тачкодрочерство – явление мне глубоко чуждое. Я когда слышу споры, какой логан лучше прет, дизельный или бензиновый, или что круче, механика или автомат, отхожу подальше, чтобы случайно гадостей не наговорить. Попробовав технику, в которой лошадиных сил больше, чем килограммов, для которой нет пробок и камер, говорить про удовольствие от езды на машине смешно. Для меня лучшая машина – в которую влезает мотоцикл. А просто ездить по городу на четырех колесах – наказание, лучше уж на метро. Хотя путешествовать на машинах прикольно.


Всего машин у меня было шесть, лучшие воспоминания – о микроавтобусе Nissan Serena. Не потому что она сама по себе какая-то особенно волшебная, просто я ее купил во Владивостоке, своим ходом доехал до Москвы, жил в ней всю дорогу и получил от этой поездки массу впечатлений. Ну и мотоцикл в нее влезает.


Как говорят в народе, зарекался воробей говна не клевать. До недавнего времени был уверен, что никогда у меня не будет «Харлея». А тут вдруг взял и купил «Спортстер». Он неудобный, плохо разгоняется, тормозит и поворачивает. Но таких теплых чувств я не испытывал ни к одному другому мотоциклу. Думал, что не буду ездить на китайской технике. А появился на даче скутер-«полтинник» Keeway, так я его гоняю по лесам, полям, в магазин, на рынок, и получаю удовольствие. Что касается машин, то, по большому счету, все равно на чем ездить, лишь бы с моими задачами справлялись. С некоторой неприязнью разве что к попсовым лакшери-тачкам отношусь, которые в Америке приподнявшиеся негры покупают, а у нас – успешные предприниматели и дети прокуроров. Чувствую себя, как будто золотые зубы вставил.


Раньше я бы сказал, что надо смотреть на соотношение веса и мощности, оценивая красоту техники. Сейчас стал мудрее, смотрю и на другие моменты. Например, сочетание звука, вибраций, дизайна, общую харизму, короче. Понимаю людей, которые смотрят на красоту технических решений. Их даже не пугает частое и дорогое обслуживание, к примеру, десмодромного привода клапанов, им прикольно владеть такой необычной штукой. Есть своя фишка у старых мотоциклов. Я немного попробовал побыть реставратором, обзавелся М-72 40-х годов, мудохался с ним несколько месяцев, завел, на следующий день он опять работать перестал. Я не люблю сдаваться, но тут у меня как отрезало, не смог себя заставить снова к нему подойти. В общем, мототехника тем и хороша, что есть много граней. Наигрался с одной, начинаешь осваивать следующую.


Бывают люди, которые от природы с мотоциклом несовместимы. Их легко определить по большому количеству аварий, мотоциклетных или автомобильных. Таким я привожу несколько печальных примеров и рекомендую не ездить по дорогам, а заниматься мотоспортом.


Мотоспорт – вершина мотоциклизма, лучший способ полностью погрузиться в тему. Без занятий спортом нормально научиться водить мотоцикл малореально, для этого потребуется потратить много лет и сломать много костей. Как ты на улице научишься вытаскивать мотоцикл из заноса, если каждое падение – риск удариться об отбойник или попасть под автобус? А на кроссовой трассе 20 раз приляжешь на бок, на 21-й начнешь понимать, что к чему, через год будешь это исполнять на уровне инстинктов. Так что начинающим я бы советовал обязательно заниматься мотоспортом, лучше всего внедорожным, с ним меньше организационных проблем, дешевле, освоив азы при желании потом достаточно просто переключиться на асфальтовый. У меня еще и профессиональная необходимость ощущалась. Писать про мотоспорт и не знать, что чувствует спортсмен, какими категориями мыслит, на какие жертвы идет – это не мое. Ездил эндуро, мотокросс, немного «кольца». Лучше всего у меня с супермото получалось, достаточно много выигрывал в любительском классе, в том числе кубок России, но в какой-то момент в окрестностях Москвы закрыли все трассы. Начал больше ездить на кроссовом мотоцикле, сильно ушибся, повредил спину. После этого поставил мотоспорт на паузу, увлекся бегом на длинные дистанции вплоть до марафонов. Оказалось, это не менее увлекательно и намного проще. На тренировку не надо тратить весь день, надел кроссовки, вышел из подъезда и уже тренируешься. Спорт в чистом виде, все зависит только от тебя, не надо беспокоиться, что пора зазоры в клапанах регулировать, покрышки менять, погода плохая, трек закрыт. Как подготовился, так и пробежал.


Убежать можно от милиции. От превосходящих сил противника. От жены. Даже от депрессии можно. Вроде бы хреново тебе и тоскливо, пробежался, и жизнь налаживается. Намного эффективнее, чем бухлом и куревом печаль изгонять.


Отмороженных товарищей у меня было много, чудили, кто во что горазд. Один из мототусовки, начальником охраны работал в одном из московских клубов. Любил эпатировать публику майкой с фотографией времен Второй Мировой, где два солдата СС стреляют из пулемета. Только одному в фотошопе пририсовано лицо этого друга, а второму – Жириновского. Там как-то футбольные хулиганы концерт устроили, обычно это заканчивалось дракой и разгромом помещения. А он своих охранников вооружил железными трубами, в итоге пати прошло, как выпускной вечер в семинарии. Тоже мотоциклистом оказался, мы с ним на этой почве и подружились. Одна беда, пил запоями. Поехал с такими же пьяными кататься на спортбайках, один не заметил дорожных работ, влетел в кучу рабочих. Сам насмерть, двое рабочих насмерть, мотоцикл еще сто метров проехал и киоск разнес. Менты это увидели, начали по остальным стрелять из автоматов. Другу моему попали в ногу, он упал, подъехали и еще бак прострелили, думали, взорвется, и спроса с них не будет. А там бензина под крышку, пары не взорвались. Друг после этого кармагеддона почти год в «Склифе» провалялся, с ментами судился, бухать и ездить на мотике бросил, стал передвигаться на скутере трезвый. Потом снова сорвался. Поехал пьяный с пассажиром в Малоярославец, упал, пробил радиатор. Пока на сельской автобазе заваривали, выпил еще поллитру. Пассажир в ужасе сбежал в поля, а друго поехал дальше, на скорости 180 догнал «Жигули», ехавшие 80, и вернулся в тот же «Склиф» в то же отделение и к тому же хирургу. Хороший был человек, жаль, синька его сгубила, погиб при мутных обстоятельствах.
Другой знакомый в сильно нетрезвом виде повстречался на жизненном пути с чеченскими бандитами. Слово за слово, началась драка, он их обоих побил, отбрал ключи от «Гелендвагена» и на нем уехал. Захотел спать, встал на обочине и заснул. Проснулся на крокодиловых кожах, кругом шмотки дорогие, ничего не помнит. Поехал домой, а у подъезда уже дежурят бородачи в таких же «Гелендвагенах». Пришлось долго прятаться, пока про него не забыли.


Самая запоминающаяся битва была на Пятницкой. Мы там в кафе тусовались постоянно, пошли компанией к метро, зацепились с бригадой азербайджанских асфальтоукладчиков. Они нас ломами и лопатами били, мы их столами и стульями из уличной забегаловки. Закончили вничью. На следующий день сидим впятером в том же своем кафе, на улице начинаются движения. Вся местная диаспора пришла мстить, полсотни рыл с палками, ножами и даже собаками. Хорошо, не было у них опыта, пока соображали что делать, мы ящики с пустыми бутылками из подсобки вынесли и начали по ним кидать. А потом менты подъехали, никогда в жизни так им не радовался.


В конце 90-х ездить хотелось, а денег в кризисные годы не было. Поэтому покупали любую японскую рухлядь, наличие и качество документов особо не смущало, все равно на мотоциклистов особо не охотились. Купил я как-то Kawasaki Eliminator, номера нет, свидетельство о регистрации какое-то стремное, Хотя я и не знал, каким оно должно быть, поскольку ни одного полноценно документированного мотоцикла у меня не было. Покатался год, продал и забыл. Сижу на дне рожденья у дедушки нарядный, в белой рубашке, при галстуке. Тут звонок, новый владелец говорит, что с мотоциклом проблема, просит подъехать. Я приезжаю, меня в наручники и в подвал ментовки. Оказывается, у каких-то коммерсантов уперли такой же мотик, а вместе с ним еще десяток. Они чувака увидели на дороге, догнали, остановили и сдали в милицию. Начали у меня пить кровь. Сначала из одной ментовки в другую возили, потом трое суток держали без еды, воды и часов одного в камере подвальной, вообще непонятно было, сколько времени прошло, то ли час, то ли неделя. Потом год по дознавателям таскали. Периодически терпилы звонили, вымогали деньги за мотоциклы, которые я у них вроде бы украл. То бандитами грозили, то комитетчиками, а потом все само собой постепенно рассосалось. С тех пор я к документам на мотоциклы внимательнее стал относиться.


Я все-таки стараюсь если и осуждать, то не людей, а поступки. Сколько было примеров, когда вроде бы идеальный со всех точек зрения человек исполнял какую-то невообразимую хреновину, и наоборот. Например, идет мужчина в казино, проигрывает свои деньги, чужие, жену нахер посылает, которая его оттуда увести пытается, из гостиницы через окно убегает, потому что заплатить нечем. Вроде бы полный урод. А если его фамилия – Достоевский? Среди великих, кстати, практически все в жизни были фриками того или иного типа или просто крайне тяжелыми людьми, а ничего, говно забылось, хорошее осталось.


Мне ни единым местом не близки политические и религиозные штуки, которые исполняют «Ночные волки». Тем не менее, еще до этих всех историй я дружил с парнями оттуда, сейчас тоже продолжаю общаться с некоторыми. В свое время попал в неприятную ситуацию, сломался мотоцикл вдали от цивилизации. Денег минимум, никаких эвакуаторов и сервисов, даже интернет не работает. Позвонил московским «Волкам», очень быстро приехали парни из местного отделения, дотянули на тросе до гаража, помогли решить проблему. Кем бы я был, если бы теперь их стал дерьмом поливать? Вообще, человеческие отношения в большинстве случаев для меня важнее политических разногласий. К тому же я к жилеточной системе никакого отношения не имею, это отдельный мир со своими понятиями. Если есть проблема, пусть другие мотоклубы ее решают. Вони в последнее время на эту тему столько поднялось, что я попкорн достал и стал ждать, когда же труевые байкеры «Секстон» жечь пойдут или волков с мотоциклов снимать и цветов лишать. Только не идет никто, все войны – по интернету.

Есть еще один момент. Никто же не знает, почему все так получилось. У власти сейчас выходцы из спецслужб. Они умеют делать предложения, от которых нельзя отказаться, всю жизнь этим занимались, работа такая.

Я не либерал. Либерал – это совковый штамп, который еще Ленин со Сталиным использовали, чтобы обосрать политических оппонентов. У нас либералы – это и Новодворская, и Ельцин, и Жириновский, и Навальный. А на самом деле либерализм – это набор политических взглядов, на налогообложение, легализацию оружия, права сексуальных меньшинств и так далее. Большинство этих взглядов я даже близко не разделяю. Мне категорически не нравится нынешняя власть, я ходил и хожу на крупные антиправительственные акции, потому что это лучший способ сказать тем, кто наверху, что они мне не нравятся. Но зарубаться на политические темы я давно прекратил. Переломом стала поездка на Майдан. Я очень переживал, что там происходят нехорошие вещи, читал новости с двух сторон и думал, что истина находится где-то посередине. А потом прилетел туда посмотреть, что к чему, и понял, что и российские, и украинские СМИ создают свои лживые миры, которые ничего общего с реальностью не имеют. Там совсем другие побуждения, настроения, методы и цели. После этого я практически полностью перестал читать новости и спорить о политике. О чем спорить с яростно обсуждающими какой-нибудь Дебальцевский котел, если там никакого котла скорее всего нет, а если и есть, то непонятно, кто кого в котле держит?


Изменить страну? Страна – понятие широкое. Если речь идет про сознание народных масс, то Некрасов в позапрошлом веке его менять пытался, ждал, когда Белинского и Гоголя с базара понесут. До сих пор не понесли, разве что вместо милорда глупого сейчас Мамонтов и «Битва экстрасенсов». Коммунисты 70 лет людей меняли, религию запретили, свободную торговлю и еще много что. Как только перестали страну в клещах держать, все вернулось, мракобесие, буржуазия, проституция. Косомольцы и коммунисты, у которых в мозгах всю жизнь произрастало разумное, доброе и вечное, нарядились в малиновые пиджаки, стали сограждан грабить и друг другу паяльники в анусы запихивать.
Менять государственный строй? Свернуть на европейский путь? Я не готов видеть у себя под окнами лагерь на десять тысяч сомалийских беженцев. Или рассказывать сыну, что жениться на мужчине – ничем не хуже, чем на женщине. Единственный для меня способ что-то изменить – начать с себя и личным примером влиять на окружение. Я вот стал много бегать и писать об этом в фейсбук. Смотрю, один из окружения курить и бухать бросил, побежал, второй, третий, четвертого бег не прет, он велосипед купил. Так и страна поменяется. Она, кстати, и меняется постепенно. 12 лет назад московский марафон 300 человек бежало, сейчас — 8000. Это вселяет некоторую веру в человечество.


Есть у меня друг Дима Макаров, позвал на телевидение, сказал мотоциклист в передачу нужен. Я телевизор не смотрю, не в курсе, что там к чему. Меня периодически приглашают, прихожу, беседую про мотоциклы с приятными людьми. А тут начали невест сватать, про личную жизнь расспрашивать. Ну я и рассказал. Вот тут то я и почувствовал себя знаменитостью. Через минуту после начала эфира «Давай поженимся» телефон взрываться начал. Удивился, сколько друзей эту дрянь смотрят. Потом на улицах стали узнавать. Даже в минском костеле белорусские тётки знакомиться подходили. Как в анекдоте про шотландца, который вылечил сто односельчан, но никто его не называл Джоном-лекарем, построил сто домов, но не стал Джоном-строителем, зато стоило ему один раз трахнуть овцу…


Я не сторонник дурацких чеховских вопросов. Какой-нибудь Пушкин деревьев не сажал, домов не строил и воспитанием детей не увлекался, так что он теперь, хуже миллионов крестьян, которые все это проделывали, зато ничего кроме деревьев после себя не оставили? Настоящий мужчина никому ничего не должен, денег разве что, если занимал.


Я не верю ни во что сверхъестественное, поскольку не видел ни единого убедительного явления, из которого эта вера могла бы развиться. Я понимаю, что вера доказательств не требует, но хоть какая-то стартовая точка для нее быть должна. Как раньше было, увидел ребенок молнию, мама ему сказала, что это Тор молотом демонов избивает, а дальше пошли наматываться уже истории про Вальгаллу, одноглазого Одина на дереве и так далее. У меня такой точки нет, я не вижу вокруг ничего, что убедительно свидетельствовало бы о существовании высшей силы. Все так называемые доказательства были безжалостно опровергнуты учеными. При этом мне нравится копаться в религиозных учениях, много интересного с точки зрения философии и психологии находится. Пытался изучать христианство. Чем сильнее изучал, тем сильнее становилось ощущение, что оно построено на каких-то нелогичных, надуманных и искусственных ситуациях, которые может быть были актуальны и понятны в древнем Израиле, но современному человеку их осмыслить проблематично. Взять основу основ, изгнание из рая. Неразумные дети Адам с Евой немного накосорезили, не со зла, а по наивности. За это отец подвергает из страшному наказанию. Если проводить параллели, это как если бы ваш ребенок в штаны нагадил, а вы бы его за это в детдом сдали, чтобы его там били, насиловали и голодом морили. Или Христос, принимающий мучительную смерть за грехи людские. Это зачем? Сосед изменяет жене, а мне за это нужно утопиться? Когда пытаюсь читать или слушать толкования этих сюжетов, возникает ощущение, что мне гвозди в голову забивают, настолько это беспомощно выглядит. «Ударили по одной щеке – подставь другую», «легче верблюду пройти в игольное ушко, чем богатому в царствие небесное» – это как два тысячелетия назад противоречило человеческой натуре, так и сейчас противоречит. Вроде бы Иисус предельно прямо и конкретно говорил, как надо делать, а люди так жить не могут, поэтому пытаются вбивать интеллектуальные костыли, доказывать, что на самом деле он что-то другое подразумевал.
Большим открытием стал буддизмом. Я всегда думал, что это штука восточная, для внутреннего пользования. Если европейцы им и увлекаются, то это хиппи курят шишки и фантазируют, как круто было бы переродиться в бабочку. Случилось в Бурятии проезжать мимо дацана, заглянул посмотреть, что там и как, нанял экскурсовода. Вышел монах, лет на 15 меня младше. Ну думаю, сейчас я тебя каверзными вопросами буду в тупик ставить. Начал он говорить, а я не знаю к чему придраться, настолько все логично и понятно. И про бога ни слова, хотя христианин за это время обычно раз двести уж точно его вспомнит, при том что сам толком объяснить не может, что есть бог. Доехал до дома, взялся за литературу. Заворачиваться в простыни и строить мандалу, конечно, не стал, но обнаружил многое, до чего раньше своим умом доходил, кое-что новое почерпнул. До сих пор не могу понять, почему учение, которое с нашей цивилизацией вообще никаких точек соприкосновения никогда не имело, мне понятнее и ближе, чем христианство, на котором построен окружающий меня мир, а бурят с другого конца континента объясняет большинство вопросов доходчивее, чем русский семинарист из соседнего дома.


Я считаю, что все происходившее раньше сделало меня мной нынешним. А поскольку я себя вполне устраиваю, глупо жалеть о сделанном раньше. Как в рассказе Брэдбери, мужик на машине времени слетал в прошлое, наступил на бабочку, а когда вернулся, мир оказался совсем другим. Вот не нажрался бы я в престижной школе-гимназии спирта «Рояль», не выгнали бы меня с позором, так может я бы сейчас не про мотоциклы писал на лучшей в мире работе, а про образ аптеки в стихах Блока. Хотя был один случай… Охмурял я как-то девочку, очень приятную, но не очень доступную. Использовал все возможные хитрости, вроде бы даже сработало. И вот вечер, набережная в Нескучном саду, романтика, дистанция сокращается, она спрашивает сигарету. Я нащупываю в кармане шуршащую пленкой коробку и протягиваю ей распечатанную пачку из двенадцати презервативов. И волшебство рухнуло, ничего не получилось. В общем, если бы я мог что-то в жизни изменить, полез бы тогда в другой карман.


Как ни странно, на мотоцикле я в стремные истории практически не попадаю, на машине в основном случается. Один раз надо было перегнать из Испании в Москву техничку Ford Transit. Я тогда на спортбайке по трекам ездил, и друг-спортсмен мне этот фургон по крышу нагрузил гоночными сликами. Они потертые были на соревнованиях, но немного мяса оставалось, как раз чтобы потренироваться несколько раз. Резина – основная статья расходов, поэтому я очень обрадовался, решил, что года на три себя обеспечил. Приезжаю на границу, а там оказывается, что Лукашенко запретил больше четырех баллонов ввозить, чтобы белорусы не спекулировали автомобильными колесами из Европы. Почти сутки я с ними воевал, в итоге мне въезд аннулировали и выгнали обратно в Польшу. Ночь, трое суток за рулем, спать хочется, ни одной помойки нет, а если бы и были, покрышки у них полагается на утилизацию сдавать, иначе большой штраф. Смотрю, на дороге карман асфальтовый. Потушил свет для маскировки, заехал и давай эти слики подальше в лес метать. Долго кидал, их десятка три было, если не больше. Выкинул, включаю фары, и тут оказывается, что это не лес, а аккуратный садик, клумбы, кусты, цветочки растут. И на всей этой помятой красоте лежит гора моих покрышек. А стою я на остановке, на которую скоро народ выходить будет, потому что утро начинается, на работу пора ехать. Пришлось очень быстро сматываться, пока полиция не приехала. Весь сон пропал, до Москвы без остановок доехал.


У меня много знакомых. А друзей в традиционном понимании, с которыми видишься раз в неделю, в печали и радости время проводишь и так далее у меня можно сказать и нет. Я вообще не очень хорошо представляю, где эту грань провести между другом и знакомым. Есть близкие по духу, которых я очень уважаю и с которыми я многое пережил. Но их я могу видеть раз в полгода. С кем-то меня в данный жизненный момент связывают общие интересы, спортом например вместе занимаемся или гайки крутим. Видимся почти каждый день, общаемся, делаем общее дело, но большого внутреннего родства у нас нет. Есть небольшое количество людей, которые для меня типа учителей, от которых я новые знания или умения получаю. Они мне очень дороги, каждая встреча – большая радость. Хрен его знает, друзья все вышеперечисленные, или нет. Вообще, я человек достаточно замкнутый, у меня нет потребности в постоянном общении. Возможно, с семейной жизнью по той же причине не складывается. Вроде все прекрасно, остается один шаг до свадьбы, и тут какая-то хреновина происходит. Как будто высшая сила, в которую я не верю, знаки подает, что не надо мне этого.


Мой киногерой – Микки Рурк. Уж не знаю чем, но еще с эпохи видеосалонов его фильмы цепляют. Только заканчиваются они по большей части печально. Разве что в «Дикую орхидею» прикольно было бы попасть. Тепло, мотоциклы, женщины, мордобой, всё как мы любим.


Есть мечта: найти сундук с золотом, выкупить журнал «Мотоэксперт», в котором работаю, и делать только ту работу, которая нравится. С другой стороны, мне моя работа нравится процентов на 90, так что фактически я уже живу в мечте. Еще круто было бы поехать на пару лет по миру путешествовать. На машине, но с собой взять мотоцикл для локальных вылазок.


В своей жизни много работ перепробовал, от разгрузки металлолома до программирования баз данных, так что с голоду не умру, если журналистика закончится. В физическом труде на свежем воздухе, кстати, много интересного, воспоминаний масса. Например, в начале 90-х привезли нам на базу медные плиты, каждая по 100 килограммов, всего штук двести. Разгружали целый день, чуть пупки не надорвали. На следующее утро приходим: ни одной нет, и начальство со скорбными лицами стоит. Оказывается, какие-то деятели ночью все это добро стоимостью много тысяч долларов вытащили через узкую щель под воротами. Нашла их потом крыша комитетская, все вернули. Зарабатывал я там, кстати, ощутимо больше, чем на более интеллектуальных работах. Только закончилось печально, привезли станок, пока разгружали, из него прямо на кучу лома ртути ведра три вылилось. Позвали спецбригаду. Пришел мужик, попросил бутылку водки. Выпил половину, сгреб веником и совком в ведро ртутные шарики, которые на виду лежали, выпил вторую, и ушел. На этом моя карьера грузчика закончилась.


На следующий День Рождения подарите мне пару рабов и пробковый шлем. Гараж в деревне надо достраивать, а времени нет.


У меня есть фобии. Одно время я боялся летать. В бытность мою газетным журналистом в 2004 году довелось побывать на месте падения самолета, который чеченка взорвала. Мозгом понимал, что в метро шансов намного больше в такую ситуацию попасть, а подсознательно все равно боишься. А потом начал летать по десять раз в месяц, и отпустило. Еще дискотеки в деревнях и небольших городах стараюсь стороной обходить. В конце 80-х и начале 90-х в таких местах не местные гарантированно огребали по морде, а если они еще и москвичи, то вдвойне. Вообще, удивительные времена были при позднем совке. Приходил человек с разбитым лицом, спрашивали, где его так. Если говорил, что в девятом или пятом микрорайоне, за что уже не спрашивали, нечего ходить на чужую территорию.


Зачем сохранять серьезную мину, если собеседник несет ахинею? Я в этом плане не особо стеснительный, могу и сообщить собеседнику, что об этом думаю. Но в последнее время чаще бывают ситуации, когда начинаю наоборот поддакивать, развивать тему, вопросы задавать наводящие, чтобы до полного абсурда довести. Тут главное, чтобы другие присутствующие тебя хорошо знали и врубались в суть прикола, а не сочли за такого же дурачка.

10 комментариев
avatar
аху*ительная статья.
Интересный человек
Огромное спасибо, прочитал на одном дыхании:))
Уметь бы так излагать свои мысли…
avatar
занятно. прочел. со многим согласен, со многим нет. но хорошо пишет.
avatar
чувствуется — цельный человек.
Мне иногда не хватает такой конкретной позиции
avatar
Колян классный )
avatar
Знаете лично?
avatar
Конечно. Писать так про людей, с которыми лично не знаком — признак дурного воспитания. Хочется верить, что про меня так никто не имеет повода сказать.
avatar
Прошу прощения, дезориентирован: эта статья — Вашего пера?
avatar
Дима, нет. Имелось ввиду
Колян классный )
avatar
Окончательно запутали, потерял надежду разобраться.
Но одно верно: )
Колян классный
Последний раз редактировалось
avatar
Нет, к сожалению. Я так хорошо писать не умею.

Оставить комментарий